— Чем порадуете?

И хотя я не уполномоченный по водным потокам, но женщины рассудили верно. Раз человек фиксирует стихийное бедствие сегодня, значит, снимал и вчера. Значит, может сравнить, где вода была, куда добралась сегодня. Значит и информация у него для них есть.

Полотно между элеваторным поселком и мостом сейчас для нас важнейшая ниточка, связывающая с миром.
Оно только на первый взгляд ровное, как струна. Где-то проезжая часть чуть выше, где-то ниже. И видно,
что там недавно шла вода. На обочине ещё остаются лужи. Выходит, вода через полотно здесь шла ночью.
То есть 6–4 часов назад. А сейчас утро. Уровень Кумы ниже дорожной насыпи сантиметров на 30.
Значит — вода уходит. И женщины уходят — всё, что нужно узнать — узнали.

В «Заре» нет никого. Только дежурные полиции, казаки и невысокий мужичок, местный житель. Его зовут Григорий Григорьевич. Дом его всеми животными в середине улицы, с настила моста не видать. Но дальше можно только водным транспортом Железный пролет с берегом соединяется только с одной стороны. Там, где пролет переходит в лестничные марши и опускается на другой берег- левый, уже бурлит жёлто-грязная Кума. Так что
на этой стороне моста разве что какой-нибудь моряк может получать удовольствие от пребывания
на металлическом настиле: вода, вода — кругом вода. Изо всех транспортных средств отсюда можно наблюдать накренившийся трактор. В том месте ещё вчера была дорога. А сегодня, да — вода, вода — бурлит вода. А дорога вела вдоль берега. И по ней местные жители ездили с закрытыми глазами. Так они поехали и недавно, глядя
на грязно-жёлтые потоки вышедшей из берегов Кумы. Сколько берегов, дамб, дорог они размыли на своём пути? Вот и здесь образовалась промоина. Так что на тракторе здесь нельзя. Можно только на лодке. От дома к дому
по открытой воде. И по улице на оранжевой лодке плывут люди. Они в оранжевых жилетах — бойцы отряда МЧС.

— Наша задача в‑помогать людям при эвакуации, — говорит один из них — Мухаммед Гулиев. — В ваше село прибыли 25 числа. Нас 24 человека. Это половина отряда. Другая часть остаётся в другом посёлке. Отряд называется «Эльбрус» — да, именно с этой горы мы и спустились. Перекрыть реку, привести грунт для дамбы в нашу задачу не входит. А вот подвести жителя к дому, чтобы он проверил имущество, покормил животных
— это мы можем.

— А вот другой человек на наполовину затопленном мосту — казак станичного казачьего общества — Геннадий Дроздов. Это на его глазах трактор завалился в колдобину. Прошлой ночью казаки вместе сотрудниками МЧС вывезли из затопленного посёлка последних остававшихся там жильцов. А вообще задача казаков и сотрудников полиции — охрана имущества жителей затопленных домов.

— Я осень доволен казаками, пришедшими в общество, — говорит товарищ станичного атамана Сергей Макаров
— они постоянно выходили на дежурство по охране общественного порядка. И среди них, пожалуй, самый активный — Геннадий Дроздов. Кстати, вот и он — сегодня на дежурство в ночь заступает
с Антоном Толстопятовым, Максимом Бондарцовым и Ольгой Фроловой.

Казачий патруль остался у пешеходного моста, а мы с Сергеем объехали село и окрестности — убедились — уровень воды стабилизировался или даже пошёл на спад. По раскисшей от грунтовых вод дороге добрались
до отсыпанной 26 мая дамбы. Здесь усиленная в последние дни земляная насыпь удерживала напор воды
на уровне метров четырёх. Через дорогу, в низине — поле. На 44 гектарах зреет хороший урожай
фермерской пшеницы

Дамба ударными темпами.

Ваше поле? — спросил у одного из собравшихся на дамбе у мостика и шлюза, где Золка разделяется на два рукава — у фермера Малахова. Оказалось — не его. У Малахова все поля на горе — на недосягаемом для Кумы уровне. Но он и техника его здесь. Почему? По мобилизации властей?

— Если здесь прорвет, затопит дороги, хутор Колесников и восточные улицы села, плохо будет очень многим, — сказал фермер, и подумав, добавил. Почему кто-то должен кого-то поднимать по тревоге, если на этой земле работаем мы?

Всё что я увидел утром 26 мая на восточной окраине села очень напомнило стройку, в названии которой было много определений, но главным словом, обозначающим его статус стало прилагательное ударная. Камазы, трактора с тележками, гружёнными грунтом, подъезжают ежеминутно. Техника фермерская, но есть машины
и от ремонтников федеральной дороги. Я остановился у дамбы и не увидел канальчика, вдоль которого ещё вчера вечером — десять часов назад — стояли рыбаки и мирно ловили рыбу. Свои удочки и хватка они забрасывали у самого берега. Берега возвышались над уровнем воды метра на полтора. Теперь речушка, точнее один
из рукавов Золки, текла в обратном направлении. Потоки разливающейся Кумы повернули Золку вспять. Оставил свой «лимузин» у самой кромки воды. Через несколько секунд на этом месте уже возвышалась куча высыпанного грунта. К счастью средство передвижения увидел один из фермеров и дипломатично посоветовал перебросить технику за пределы дамбы. Потому и не встал мой велосипед рулем и рамой на пути взбунтовавшейся Кумы. И мне пешком с ощущением личной причастности к общему ударному делу мне уйти не пришлось.

На одной из дамб с тревогой за развернувшимися событиями наблюдают жители ближайших улиц.

— У нас в подвале. вода, — сообщает один из них, житель улицы Фруктовой — Алексей Гаврилов. Он приехал сюда по дамбе. В руках его дочери Виолетты мобильный телефон, она снимает стоящие в воде деревья, потоки воды. — Если вода и дальше будет прибывать, надо спасать имущество.

— Я очень благодарен этим ребятам, — сказал Кравченко, отходя от бульдозера. Слова о том, что его подняли
по тревоге фермеры, амбициозных возражений у главы сельской администрации не вызвали. Так оно и было. Подступила беда — люди стеной встали на пути разбушевавшейся стихии. Иначе и быть не могло. Кто сколько и какую технику выделяет договорились в считанные минуты. Огорчило Кравченко то, что другие ответственные люди и организации, которые пользуются дорогами села, её социально бытовыми объектами, школами посчитали себя свободными от гражданских обязательств перед людьми, населяющими село, перед страной, которая в эти дни переживает за нас, ставропольцев. Именно эта ответственность направила бульдозер, за рычагами которого находился казак Басов, в самое тонкое место населённого пункта, и привезённый грунт был подвинут
на гребешок дамбы. Не позволил Алексей Иванович порваться тонкому месту. Вода в низину перестала просачиваться. Может этот грунт привез в тракторной тележке кто-то из братьев Ровенских — Сергей
или Александр. Может, его высылали из кузовов своих самосвалов Пархоменко или Щербаков.
А возможно — кто-то из других водителей или механизаторов. Всё, что могли, они бросили на прорыв.

— Очень хочу, чтобы жители села знали, кому мы обязаны этой защитной дамбой. — И Александр Викторович, оглядевшись, стал называть фамилии: Чурин, Яковлев, Малахов, Кобылицкий, Стебаков, Ананьев.

— Грунт везём из села. Это остатки бывшей 30‑й школы. Тут мы двух зайцев убиваем. И площадку для дальнейшего строительства освобождаем, и дамбу укрепляем — добавляет Кравченко

Наводнение май 2017 | Солдатчане
Наводнение май 2017 | Солдатчане

Наводнение

2017

Наводнение
в Солдатке 2017

Домашняя > Село и погода Наводнение Наводнение 2017

Кума отходит в свои берега

Вода прибывает. Вода спадает. Эти минус и плюс — полюса последних весенних дней. Первый — тревожный, пугающий. И обнадёживающий, успокоительный второй. В «Зарю» не заехать, не пройти. Грустный-грустный мужичёк чешет затылок у поворота на посёлок. Дальше можно только на лодке, а у него всего лишь грузовой автомобиль.

Две обеспокоенные женщины, мечутся туда-сюда по обочине. Но не цветущим на краю залитого поля боярышником любуются. Разлившуюся Куму пришли посмотреть. Заметив камеру в моих руках, подошли.

u Стать рыцарем

u V казачьи игры

u VI казачьи игры

u VII казачьи игры

u Казачий род 2018

u Уборка урожая 2017

u Цыгане 2017

u Елена Пузырева 2017

u Протокол 2017

u Имена 2017

u Сельские игры 2018

u 1 сентября 2018

u Юбилей села

о Солдатке и солдатчанах