обретение икон

Иконы. Продолжение

«Равдуйся, присногорящий огню Божественныя любве»

— И когда в лес вошли, будто в подводное царство опустились. Ветки деревьев вверху, сбоку, словно водоросли. И полумрак, только изредка вверху что-то светлеет. Не идешь, а плывёшь в этом подводном царстве — такая легкость появляется в движениях. — рассказывал один из участников крестного хода. Глаза его сияли, звенели, голос пел, в движениях никакой усталости, будто и не было четырёхчасового марафона: вышли в три часа ночи, на урухский источник пришли в начале восьмого.

Теперь уже можно сказать: 15 километровый крестный ход в честь покровителя казачества апостола Варфоломея, который проходит по маршруту село Солдато-Александровское — станица Урухская, стал традиционным. Апробировали этот маршрут в прошлом году. Впервые хоругви и иконы казаки и прихожане пронесли мимо строящегося храма Александра Невского. С особым трепетом говорили они о дороге через лес (до этого больше десяти лет прихожане совершали более короткий крестный ход к Отказненскому источнику и шли только просёлками дорогами — полями). Этот участок пути между селом и станицей Урухской они прошли ранним утром.

В жизни каждого человека, даже целого сообщества случаются периоды, когда необходимость в молитвенном обращении к Богу проступает особенно остро. Село только что пережило тревожное наводнение. Продолжается строительство нового храма. Надо молитвенно осмыслить взаимоотношения с близкими людьми. Может, молитва целителю Паталеимону, произнесенная во время крестного хода, позволит улучшить своё духовное и физическое состояние?

— Избранный страстотерпче Христов и врачу благодатный, туне подаяй недугующим исцеления, песньми восхваляем тя, заступника нашего. Ты же, имеяй дерзновение ко Господу, от всяких бед и болезней освобождай нас, любовию тебе зовущих: Радуйся великомучениче и целитель Пантелеимон!

И, кажется, места уединённее, где можно сосредоточится на Боге, вечности и земном бытии, быть не может: лес справа, слева, над головой. Дальше дорога приводит к золотистому полю, оно слева, лес остаётся справа. Перед подъёмом на хуторской холм дорогу окаймляют, словно царские врата, два могучих дуба.

За свою более чем вековую историю эти деревья проводили многие поколения хуторян. Видели они призывников, мобилизованных солдат, добровольцев, которые, направляясь в райцентр, в военкомат, шли на Священную войну под их кронами. Дубы радовались, встречая людей, несущих весточку с фронта — сельские почтальоны, доставляя хуторянам треугольники с фронта, на подъём буквально взлетали. И останавливались, с тяжёлым сердцем поглаживая шершавую кору деревьев, теребя жёсткую листву. В один из домов, в семью Цымбаловых, они принесли четыре похоронки — братья Емельян, Прохор, Лазарь, Илья ушли и с фронтовых полей к своему хлебному полю уже не вернулись. Давно уже нет в хуторе никого из Цымбаловых — постаревшие довоенные дети старших братьев живут в других регионах. Дочь одного из них, Лидия Емельяновна, узнав, что в селе Солдато-Александровском казаки на Стене Памяти увековечивают бойцов Бессмертного полка, выслала из села Нины в администрацию бывшего райцентра обветшалые фотографии отцы, Емельяна Карповича, и его родных братьев.

Сын другого фронтовика из Петровки, Петра Ерофеевича Семенькова, Николай, прислал фронтовую фотографию отца из города Миллерово Ростовской области. Он, теперь известный в области предприниматель, печатание баннера оплатил. Другие земляки тоже оказывали помощь — каждый в меру своих возможностей.. Давно нет в живых его отца, как нет и многих других бойцов Бессмертного полка. Многих из них на войну провожали только матери и отцы, младшие братья и сёстры. И не дождались. Под этими дубовыми вратами, развивая наступление советских войск в январе 1943 года, прошли казаки 4 и 5 казачьих корпусов, танкисты 225 танкового полка полковника Фомина, бойцы других соединений. Но всех погибших хуторян, наших земляков, воинов-освободителей помнят эти дубы, и, может, эта дорога, этот лес, это поле. Помнят и казаки, участники крестного хода — все они приняли участие в святом деле — сборе исторических материалов и строительстве Стены Памяти. И в нашей памяти оживают их голоса, жесты, походка. А пока мы их помним, они остаются живыми. И с каждым новым портретом в Стене Памяти отчетливее проявляется другая мысль: и мы остаёмся живыми, пока их помним. Потому и продолжаем работу свою. Среди поступивших фотографий некоторые портреты поражают своей одухотворённостью. Потомки бойцов Бессмертного полка рассказывают об их жизни удивительные истории. Вспоминаю их, вглядываясь в дорогу, лес, поля.

Лес, который я знаю ещё со школьных лет, разделяет небольшой хуторок Петровку и поселок Михайловку. В этом лесу течёт речка Золка и растут ландыши. Там жили мои одноклассники, они и привозили эти цветы в начале мая. С той поры в моём доме под окнами в мае зацветают ландыши, как память о тех букетиках, которые привозил Коля, одноклассник из Петровки. Примерно такой, какой я увидел под одним портретом в День Победы. Крохотный букетик ландыша серебристого. Чашечки соцветий словно склоненные головы солдат, потерявших боевого друга.

Вообще, этот уголок прилегающих к селу окрестностей место для меня особое. И летом, и зимой. Смыкающиеся над головой кроны покрыты розоватом куржаком. Воздух чист и в его хрустальной свежести раздаются едва уловимые звоны. Может, соприкасаясь, заледенелые ветки стоящих по разные стороны дороги деревьев, перешептываются? И где-то в подсознании возникает божественная свиридовская мелодия, которая так и называется «Зимняя дорога». А какая мелодия зазвучит этим летним утром?

Специально оборудовал на багажнике автомобиля деревянный настил, захватил лёгкую лесенку, чтобы
во время второго крестного хода заснять процессию в момент прохождения этого участка дороги с верхней точки. Но выход из храма почему-то перенесли на час раньше. И получилось, что участники крестного хода вошли в летний лес, когда небо на востоке едва окрасилась багровой полоской. Здесь, под кронами деревьев, ночь ещё продолжалась. На опушке леса колонну верующих разглядеть уже было можно, но стоило ей войти под своды деревьев, как лица идущих растворились в утреннем сумраке. Сделал несколько кадров наудачу, досадуя на неблагоприятные условия съёмки. Дальше на оставшемся пути к Урухскому источнику сделал ещё много снимков. Они получились четкими, резкими- утро уже осветило поля, дорогу, хоругви и лица прихожан.

Каково же было моё изумление, когда уже возвратившись после крестного хода домой, после «проявления плёнки» — переноса снимков на компьютер — в одном из кадров я обнаружил золотистый шар! Он плыл под сводами деревьев впереди процессии и как-будто указывал прихожанам путь! До сих пор гадаю: что это?
Игра света, случившаяся, скажем, по причине попадания на объектив капельки дождя? Или с какого-то листочка сорвалась росинка, она и пролетая перед объективом, когда я нажал на спусковой механизм камеры, приняла образ шара? Но дождя в тот момент не было, да и они, капли, даже в дневной ливень, на снимке выходят смазанными. И после попадания воды на объектив участки снимка ровными по глубине резкости получаются редко. Но если золотистый шар обозначил себя на одном снимке, почему его нет на следующих кадрах?
Да и может ли случиться в этот ранний час игра света, если света как такового в этот момент не было! А может, к явлению, которое я не могу объяснить с фотографической точки зрения, надо подходить с другой стороны — духовной? И возможно, по лесной дороге, как, помните, у Блока: «В белом венчике из роз впереди Иисус Христос». Только в нашем случае — это апостол Варфоломей? Это в его честь мы вышли в дорогу, молились.
Вот апостол и обозначил свою радость направляющим процессию золотистым нимбом.

Фёдор Пилюгин

Домашняя > Казачий род > Иконы для храма > Иконы для храма. Вторая часть

u Уборка урожая 2017

u Цыгане 2017

u Елена Пузырева 2017

u Протокол 2017

u Имена 2017

u Сельские игры 2018

u 1 сентября 2018

u Юбилей села

о Солдатке и солдатчанах