Лейтенант Вагин

«А как зовут
не мог её спросить»

Домашняя > Новости села > Лейтенант Вагин

С некоторой опаской набираю номер. Ещё бы, если в годы войны нашим освободителям было...

В конце приписка: «Жду от вас письма» и телефон.

С некоторой опаской набираю номер. Ещё бы, если в годы войны нашим освободителям было по 18 – 20,
то сейчас точно за 90! Каждый прожитый день сейчас за год считать можно.

— Да, Александр Фёдорович — это я, — голосом пожилого человека отозвалась трубка.

 Какая удача осознать в начале 2017: участник освобождения — жив И его просьба, озвученная в далёком письме и повторенная в телефонном разговоре — это как вызов скорой помощи. Человек прошел всю войну, дважды был ранен, имеет кучу орденов и медалей за ратные подвиги, но в конце своей жизни думает не о тех, кого спасал.
О том, кто его спас! Кому он обязан своими боевыми подвигами! О тех, кому он не сказал последнее спасибо. Понимаю, на меня свалилась почти невыполнимая задача — слишком много воды унесла наша Кума с тех пор.
И вдруг односельчанка Сорокина Татьяна Владимировна заявляет: »Моя тётя помнит раненного танкиста.
Сейчас она живет в Тверской области.

— Да, у нас жил раненный танкист. — слышу отчетливо в телефонной трубке. —Но попал он к нам до прихода наших. И хорошо помню, звали его Гриша. Это он сам говорил маме. Мы его прятали от немцев.
Нет, был он в полном сознании. У него была легкая рана, кажется, в руку. И когда наши село освободили,
он ушёл с войсками. И больше ничего о нём не слышали.

— Спасали танкиста? Сергей Васильевич Ильин, мой давний знакомый, пожимает плечами.— Не слышал.
А вот о том, что мой тесть, Ревенко Николай Васильевич, его фото есть на Стене Памяти, тоже спас солдата помню хорошо. Правде, не танкиста — пехотинца. И не здесь это было — в то время жил он жил на Дону, в хуторе Верхние Хороли. И там был госпиталь. В 42 году немцы так стремительно наступали, что всех раненных эвакуировать не успели. Немцы, однако, их не тронули — видно у ник кроме госпиталя были другие проблемы. Раненных потихоньку разобрали местные жители. Один из них оказался в доме моего будущего тестя.
И пошёл на поправку. А оклемавшись, простился с хозяевами — ушёл к своим. И вот спустя десятилетия мой тесть, уже несколько лет живёт в нашем селе. Идёт по улице. Среди нескольких встречных мужиков мелькнуло знакомое лицо. Он оглянулся, силясь вспомнить. И встречный мужик оглянулся. Представьте картину: посреди улицы стоят два немолодых уже человека и молча смотрят друг на друга. Наконец один произносит:

— Коля?

— Точно. А ты — Михаил Скорик?

— Да, я —Михаил. Слава Богу — узнал.

 И мужики бросились друг другу в объятия.

 Второй из собеседников, мой школьный товарищ Виктор Иванович Кондауров, о танкисте мог слышать
от родителей. Мог бы рассказать, и о том, как его отец спас во время оккупации нескольких евреев, и как эти спасённые люди через много лет благодарили — не только по фамилии узнали — Виктор похож на отца.
Но, подумав, вспомнил о другом.

— Я как-то ехал на «сапожке» (был такой автомобиль на базе «Москвича») и обломался близ Новошахтинска. Кое-как добрался до какого-то гаража. Мужики посмотрели — трамблер нужен. Где я его, этот трамблёр найду
в незнакомом городе?.

— А тебе далеко ехать?

— В Ставропольский край. Солдато-Александровское.

И тут сидевший на скамейке, чуть поодаль, третий мужчина, уже в возрасте, встрепенулся.

— Откуда? Из Солдатки?— и смотрит на меня, будто я его любимый племянник.

— Дорогой ты мой. Я же освобождал вашу Солдатку! Как там мельницу восстановили? А элеватор?
А как нас там бомбили !

Слушаю — куда денешься, все равно обломался. А я вроде и знаю эти фамилии, но встречаться с его однополчанами, получается — моими земляками — не довелось. Но он всё равно радуется, будто мы с ним вместе
в одном окопе сидели. Пересказал он все героические истории и вдруг говорит:

— А теперь поехали. Я тут недалеко живу — 18 километров.

И видя, что я не очень склонен уезжать от своей машины, пусть и сломавшейся, берёт меня под локоть
и увлекает к своему жигулёнку.

— У меня есть такой трамблёр.

И уже через час мы приехали обратно. Ребята из гаража поставили запчасть — мотор заработал, как часы.

Протягиваю мужикам деньги — а они посмотрели на меня, как на бандита с большой дороги – и отвернул,
будто я их чем-то обидел. А пожилой мужичёк опять повторяет 2-3 фамилии и снова говорит:

— А моим ребятам, — большой привет передай.

— От кого? – теперь уже глаза загорелись и у меня.

Виктор Иванович растерянно разводит руками — из тысяч лиц узнал бы мужичонку, а как зовут
— теперь тоже не помнит.

И вроде случайная встреча у магазина строительных материалов не придвинула меня к заветной цели,
но всё же привела к примечательному результату. Оказывается, мы меньше всего знаем о тех, кого в виду своего тесного соседства должны были знать лучше всех. Но даже эти отрывочные и случайные находки в нашей памяти остаются, как драгоценности в заветной шкатулке. И откроются они лишь в том случае , если произнесёшь
какие-то волшебные слова, — что-то наподобие «сим-сим». Пусть безвозвратно ушли документальные подробности — даты, фамилии, точные события, — но для чего-то в памяти остаются факты: мы сражались, спасали друг друга выживали и побеждали потому, что были вместе. И ещё — дружили. И каждое воспоминание мы храним, как величайшую драгоценность. И бережно делимся с теми, кто толк в человеческих отношениях понимает. А о лейтенанте Александре Вагине, возможно знает человек, который мне я знаком хорошо,
но почему-то ему заветный вопрос не задал — что-то меня не подвигло к этому вопросу. И он прошёл мимо,
не зная, что меня это интересует. Но теперь, прочитав этот рассказ, он точно что-то вспомнит.

И тут позвонила Галина Александровна Перетяченко, классный руководитель кадетского класса:
«Двух девочек-близняшек Ксению и Викторию Труш заинтересовал Герой Советского Союза Иван Недвижай.
Они решили нарисовать бой, в котором наш земляк повторил подвиг А. Матросова.» Чтобы Ксюша и Вика
не рисовали русские зенитки, отпечатал на принтере ещё и несколько снимков немецких зенитных установок.

И тут меня осенило: ребятам нужно показать портрет лейтенанта Вагина и его танк танка Т-70! И письма, наградные листы, фотографии других освободителей! Слушали ребята затаив дыхание. А один мальчик сразу уточнил важную для себя деталь: по какой улице въехал в село танк лейтенанта Вагина? Он решил нарисовать бой за освобождения села. Мы с классным руководителем предположили, что улицы Крайней, хатёнки который окнами выходят на юг — оттуда наступали наши войска — танкист не миновал. В конце классного часа ребята взяли в руки портреты освободителей и спели песню о воинах -казаках. А портрет лейтенанта Вагина выбрала Даша Тюнева. В конце нашего общения ребята пообещали, что расспросят всех бабушек и дедушек — может,
кто и помнит раненого танкиста. И рисунок мальчика вместе с письмом они отправят в Воронеж,
на улицу Героев -сибиряков. И у 94-х летнего ветерана будет ещё один повод порадоваться
— потомки освобожденных россиян его помнят.

Ф. Пилюгин

Фото из архива А. Ф. Вагина.1943 год. Наши дни

— Дорогой мой, как я рад что вы мне позвонили. Я так ждал этого звонка.

Солдато-Александровское — это же моя вторая родина. А день, когда началось освобождение села, отмечаю,

как день своего второго рождения.

Ещё несколько минут назад, я и мечтать не мог, что услышу живого участника освобождения села. Всего несколько дней как мне попало давнишнее письмо в администрацию. Написано оно от руки:

— 7 января 1943 года я был ранен, контужен в бою на окраине вашего села. Мой танк Т-70 был подбит четырьмя снарядами. Кругом находились отступающие немцы. Мы продолжали отстреливаться от них. Механик водитель из пулемёта, я из пистолета. И вот у меня один патрон остаётся. Живым не дамся, — решил я в этот момент
мой механик-водитель оглянулся. И выбил пистолет из моих рук. Что было дальше я не помню. Пришёл в себя
в госпитале. Там мне и сказали, что без сознания я пролежал в хате села, из которого мы немцев выбили, четыре дня. За мной ухаживала женщина, сказали мне, но как зовут - не мог её спросить, не проходил тогда в сознание. Высылаю фотографию, где я со своею ротой САУ (самоходных артиллерийских установок) -85. В конце войны
я был на Сандомирском плацдарме (в Польше). Сейчас принимаю участие в подготовке к юбилею Победы. Встречаюсь с молодёжью школ и других организаций, сажаем вместе деревья на аллеях Победы. Буду участвовать в военном параде (на автомобиле) у нас в Воронеже. Надеюсь, в эти торжественные минуты вспомните о тех, кто добыл эту Победу. Напишите о своих односельчанах. Может кто помнит этот бой 7 января.
У какой женщины я находился — 4 суток лежал без сознания?!

u Уборка урожая 2017

u Цыгане 2017

u Елена Пузырева 2017

u Протокол 2017

u Имена 2017

u Сельские игры 2018

u 1 сентября 2018

u Юбилей села

о Солдатке и солдатчанах